Некрополь Гулага (места массовых захоронений расстрелянных в ходе советского государственного террора, тюремные и лагерные кладбища, кладбища интернированных и спецпоселенцев, могилы ссыльных) является материальным свидетельством преступлений тоталитарного советского режима.
Для Некрополя Гулага характерны тайные (секретные) места захоронений или кладбища, сведения о которых не фиксировались, в следствии чего сведения о них были утрачены, оказались неполны или труднодоступны.
Низкая сохранность некрополя Гулага особо выделяется даже на фоне общей низкой сохранности мест захоронений в России. В то же время одной из составляющих культуры памяти на протяжении всей советской истории явилось стремление людей к поиску могил своих родных и близких. Память сохранялась и передавалась десятилетиями.
Знание о тайных могилах выплеснулось и оказалось востребованным общественным сознанием в конце 80-х – начале 90-х: в разных регионах возникли поисковые и инициативные группы, были установлены некоторые места массовых захоронений. Но все они, за редким исключением, не были документально подтверждены и не имеют официального статуса. Далеко не все из известных на сегодняшний день места массовых захоронений посещаемы и имеют памятные знаки.
Специфического статуса мемориальных кладбищ, связанных с государственным террором в СССР, в современной России не существует. Нет и государственной программы, нацеленной на поиск и фиксацию мест захоронений жертв политических репрессий. Архивные документы репрессивных органов практически недоступны.
Проблематика: Убийства в политических целях, массовые репрессии, стали нормой политической жизни 20 века. Двадцатый век не только оставил в наследство безымянные могилы (мировые войны, кровавые диктатуры), он внес новое понятие – могила (захоронение) как государственная тайна: тайные массовые политические убийства (секретные государственные операции), тайные захоронения. Места исполнения приговоров на протяжении всей советской истории тщательно скрывались, это была и есть до настоящего времени наиболее охраняемая тайна ЧК-ОГПУ-НКВД-КГБ-ФСБ. Знание о тайных могилах выплеснулось и оказалось востребованным общественным сознанием в конце 1980-х – начале 1990-х: в разных регионах возникли поисковые и инициативные группы, были установлены «основные» места массовых захоронений. Но все они, за редким исключением, не были документально подтверждены и не имеют официального статуса. Далеко не все из известных на сегодняшний день места массовых захоронений посещаемы и имеют памятные знаки. Сегодня им угрожает забвение, стирание памяти, как вследствие сознательных действий местных властей и землепользователей, так и по естественным причинам: уходит поколение носителей личной памяти о погибших, в удаленных и труднодоступных районах идут естественные природные процессы разрушения. Реестра мест массовых захоронений 1917-1980-х годов в России не существует. Государственной программы, нацеленной на его создание и решение задач сохранения памяти о тоталитарном прошлом, в отличие, например, от Республики Польша или Украины, в настоящее время в РФ нет.
Значимость сохранения этих мест для страны и мира – в памяти о прошлом, в преодолении и осмыслении наследия Гулага, коммунистического государственного устройства, как преступной идеи. Проблемы выработки духовного иммунитета ко злу, т.е. итоги беспримерной истории России в 20 в., должны войти в коллективный опыт человечества. Это оказалось частью общей мировой проблемы 20 в., который оставил будущим поколениям необходимость выхода из тупика государственного насилия, требующего непрестанных человеческих жертв во имя исполнения идеологических догм. И если в отношении жертв национал-социализма, жертв Хиросимы и Нагасаки процесс преодоления и изживания начат, то ценностные установки коммунистической идеологии продолжают быть популярными.
Для сохранения этих мест необходимо придать им статус мемориального кладбища, исторического памятника России, включить его в перечень охраняемых культурно-исторических объектов. Это обеспечит защиту и сохранение этих мест для будущих поколений. Этому процессу может способствовать общественная инициатива, привлечение международного внимания к проблеме преодоления тоталитарного наследия в современной России.
До сих пор работа общества «Мемориал» и других организаций по поиску и мемориализации мест расстрелов и захоронений развивалась стихийно, не была систематизирована, скоординирована, никем не учтена и не обобщена. Не выработано никакой общей стратегии, которую можно было бы предъявить обществу.
Решение проблем некрополистики ГУЛАГа имеет межгосударственное значение. Ни одну из задач неправильно, да и невозможно решать, замыкаясь в национально-государственных рамках: во-первых, в одних и тех же могилах лежат люди разных национальностей и разных вероисповеданий, граждане разных стран; во-вторых, кладбища находятся не только на территории России в ее современных границах, но в других странах бывшего СССР, а также (в меньшей степени) на территориях стран Восточной Европы. Специфического статуса мемориальных кладбищ, связанных с государственным террором в СССР не существует ни в России, ни, насколько известно, в других странах СНГ и Балтии.
Документы: