МЕРКУРИЙ № 17
Специальный выпуск
декабрь
1988 г.
Ленинград
Содержание
I.
1. Право знать . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ..2
II. Публикация редакции
Румянцевский сад. Ленинград . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 4
III. Иное время…
Н.Бердяев. Христианство и антисемитизм. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .38
IV. Иное место...
«Память» и Русская церковь. «Вестник Германской епархии». . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .48
V. Мнения разделились
2
ПРАВО
ЗНАТЬ
Отдавая страницы «Меркурия» для публикации материалов общества «Память», редакция ставит перед собой цель: дать возможность читателям журнала – особенно иногородним – ознакомиться из первоисточника с объединением, которое привлекло в себе сейчас особенное внимание прессы.
В кампании, проводимой против этого общества на страницах как центральной, так и ленинградской прессы, нам послышались знакомые нотки: сочинений так называемого Пастернака я не читал, но глубоко возмущен!.. Упаси Боже проводить параллели между лидерами «Памяти» и несравненным гением русской литературы, но методика советских газет, обличающих выступления, которых никто не слышал, книги, которые никто не читал, живопись, которую никто не видел, осталась неизменной: читателю предлагается поверить на слово. Причем на слово, которое его уже не раз обманывало. Весной этого года корреспондент «Советской культуры» Черкизов назвал лидера группы «Дельта» П.Кожевникова агентом ЦРУ, а теперь спешит объяснить нам, что «Память» – это тоже плохо. Газетная кампания, начатая журналистами с такой репутацией, как Лосото, вышеупомянутый Черкизов, смешавший в свое время в одной статье «Память» и «Спасение» (группы с совершенно разными платформами и целями), кампания, проводимая как обычно, т.е. в истерическом тоне и с минимальным использованием фактического материала, привела к совершенно обратному эффекту – к созданию дополнительной рекламы для этого общества и новой волны интереса к нему.
Этой публикацией мы защищаем:
– право читателя получать информацию из первых рук, минуя посредников;
– право и обязанность демократического издания информировать своего читателя обо всем, что его интересует, не навязывая своей точки зрения и не считая читателя за недоумка, которому нужно разжевывать информацию и подавать ее под выгодным изданию идеологическим соусом;
– право каждого частного лица или объединения быть равноправной спорящей стороной – а не только объектом обсуждения, право на защиту своих убеждений и имени, право, которого не лишены даже преступники.
3
Руководствуясь этими принципами, мы публикуем материалы «Памяти» безо всяких комментариев. Будучи уверенными в том, что эта публикация вызовет много споров, предоставляем также слово и авторам, имеющим иные точки зрения.
Редакция
4
Публикация редакции
СТЕНОГРАММА МИТИНГА «ПАМЯТИ»
(Август
1988 г. Румянцевский садик. Ленинград).
(Шум, группа людей с лозунгами.)
Ведущий: Был задан вопрос. (Шум.) Сионистов из сада убрать!.. У вас есть свои садики – милости просим, в Михайловский и во все остальные. Здесь собирается русский национально-патриотический фронт с общественностью города! (Аплодисменты.) Братья, соотечественники! Давайте в любых ситуациях сохранять спокойствие. То, что мы видим здесь, еще раз доказывает, что никакого еврейского вопроса в нашей стране нет. В нашей стране существует вопрос свободы национальной активности русских людей. Вот эта группа, которая собралась под лозунгами якобы интернационализма, она упускает из виду один, главный ленинский принцип. Этот принцип заключается в том, что любой подлинный интернационализм является совокупностью сугубых национальных культур народов. Те люди, которые собрались здесь, они не хотят понять этот принцип. Именно потому, что они всегда выплывали на поверхность именно в тех обществах, которые теряли свои национальные святыни. И основы их деятельности – поругание, растоптание, дискредитация национальных святынь народа. Продолжаем работу.
Был задан вопрос: есть ли в составе национально-патриотического фронта «Память» и в бывшем объединении «Память» лица еврейской национальности, крещеные евреи и лица смешанной национальности. Лица смешанной национальности, безусловно, есть в нашей организации, лиц еврейской национальности в руководящих органах «Памяти» и в «Памяти», как нам кажется, нет. Крещеных евреев, кажется, нет тоже. Так что вот мой... наш ответ на ваш вопрос.
Просьба сойти с газонов, всех.
И последний вопрос, на который я отвечу. Была ли связь между аварией на Чернобыльской электростанции и евреями-сионистами? Что я могу ответить на этот вопрос? «Память» провела свое небольшое расследование по этому поводу. В газете «Радиовещание и телевидение» Новосибирского телевидения была напечатана странная картинка. Представьте себе прямоугольник, в котором в четыре ряда идут круги – и больше ничего. Смысловой нагрузки эта картинка не несла никакой.
5
Когда же эту картинку показали ученым, они ответили, что таким образом изображается атомный реактор с его графитовыми стержнями. Да, это было так, действительно. Картинка не имела никакого отношения к тексту, который был напечатан на этом листе. Но если на этом рисунке построить шестиконечную звезду, то лучи указывали на дату взрыва – 26 апреля, а газета вышла 16 апреля, на время взрыва, и один из лучей указывал на фотографию – ни с того, ни с сего – пожара. Эта газета распространена нами в среде общественности, а также Московским отделением «Памяти» передана в Комитет государственной безопасности.
Реплика: Бред!..
Ведущий: Каковы результаты пока неизвестно. На вопросы отвечено, пожалуй, вкратце – на те, которое вы задавали. Переходим непосредственно к выступлениям. Сейчас будет зачитано обращение.
Другой оратор: Как известно, собор Иконы Казанской Божьей Матери был построен как памятник воинской славе русских солдат войны с Наполеоном, войны 1812 года. Сейчас принято решение Ленгорисполкома о создании в этом здании, которое теперь занимает Музей истории религии и атеизма, Музея воинской славы 1812 года. В связи с этим решением мы направляем обращение 1-му секретарю Ленинградского обкома КПСС тов. Соловьеву от патриотической общественности города. И просим вас – тех, кто согласен с этим обращением – поставить свои подписи под ним.
Обращение
Совершилось, наконец, то, чего с самого начала года требовал национально-патриотический фронт «Память». По решению городских властей Музей истории религии и атеизма должен покинуть Казанский собой, который он осквернял своим присутствием целых полвека. Собор должен стать Музеем Отечественной войны 1812 года, с которой тесно связана вся его история. Должен – по усиленным настояниям городской общественности. Однако бюрократические силы всемерно этому противятся и как условие переселения требуют историческое здание, которое якобы нужно музею. Снова, стало быть, какой-нибудь собор, и притом православный. А не лучше ли вообще закрыть это учреждение, разжигающее недоверие и неприязнь к верующим и религии? Или вселить его (аплодисменты) в какую-нибудь блочную коробку на окраине, возведен-
6
ную архитекторами-атеистами. (Аплодисменты.) С переездом музея медлить нельзя, ибо собор Иконы Казанской Божьей Матери доведен до плачевного состояния и его наружный вид нуждается в срочном ремонте. Национально-патриотический фронт «Память» готов помочь при переезде, но с условием, что музей оставит на месте свезенные в него в годы гонений иконы, которые никак не могут быть средством антирелигиозной пропаганды. После же переезда мы готовы обратиться ко всем, кому дорога национальная святыня нашего города, с призывом жертвовать на его восстановление и будущее назначение. Это назначение должно напоминать о великом прошлом нашей Отчизны, о славе наших предков, о нашем к ним уважении. Поэтому мы, собравшиеся на митинге патриотической общественности, требуем:
3) одновременно приступить к размещению в соборе Музея Отечественной войны 1812 года.
Для наблюдения за выполнением этих требований мы создаем контрольную группу, которой даем право предпринимать все нужные меры, включая митинги и манифестации. Для нас любовь к Отечеству – великий долг и священная обязанность.
Прошу ставить свои подписи. (Аплодисменты.)
– Следующее выступление, посвященное разрушению и сохранению памятников истории Ленинграда, предоставляется профессору Мороку Федору Александровичу, члену ВООПИК.
– Дорогие соотечественники!
Здесь говорилось, что у нас в стране не существует еврейского вопроса. Я позволю себе зачитать вам письмо, которое было опубликовано – в какой бы вы думали газете? – в «Советской культуре». 30 июня 1988 года написано: «Наряду с литературой, разоблачающей черносотенство, по-моему, следует публиковать работы, конечно, с позиций нового мышления, говорящие об опасности сионизма и еврейского национализма. Наверное, пришла пора снять завесу с так называемого «еврейского вопроса». Это одна из немногих зон замалчивания, оставшегося нам от старых времен. Вопрос этот существует не только за рубежом, где искус-
7
ственно раздувается. Разобраться в этом нужно – серьезно, глубоко и гласно». Я лишь только подчеркну: нет обостренного национализма. Если есть у кого национализм, то это еврейский национализм, обостренный национализм. Если русская интеллигенция, русские представители позволили себе выступать и отстаивать право русского народа, занимающего сейчас последние ряды по всем абсолютно показателям. И не только ошибками предшествующих руководителей. Ошибки есть вольные и невольные. Невольные ошибки прощаются, вольные, целенаправленные ошибки немедленно исправляются, а тот, кто их совершает, требует общественного, нравственного, а если он совершил уголовное дело, – уголовного суда. (Аплодисменты.)
Реплика: Правильно!..
– Наиболее правильное определение сионизма дается в «Энциклопедическом словаре», последнее издание: «Реакционная шовинистическая идеология и политика еврейской буржуазии. Возникла в конце XIX века, точнее – 1894 год, выдвигая лозунг о создании в Палестине еврейского государства и переселении туда всех евреев. Характерные черты сионизма – воинствующий шовинизм, расизм (худший вид национализма), антикоммунизм, антисемитизм». Поэтому – как отличить еврея от сиониста, да и вообще сиониста, потому что сионистами бывают не только евреи, бывают и русские. Они есть. До 1927 года это была официальная организация, имеющая полный статус, огромное финансирование. Законом была запрещена. Но существуют официальные организации сионизма в 46 государствах. В остальных он запрещен. Он запрещен у нас. Но его деятели – индивидуальные или организованные какими-то их средствами – несомненно, существуют во всем мире, во всей диаспоре, где есть этот народ.
Заканчивая, я хочу сказать, что национализм – это явление, присущее каждому народу. Чем меньше народ, тем у него обостреннее национальные чувства сохранения своего собственного достоинства перед большими народами. Русский народ – народ большой и количественно, и качественно. Он оставил в истории свой благородный след, не только в отношении своего вклада в мировую культуру, он оставил свой благородный след в отношении тех народов, которые вошли, добровольно, с просьбами многократными, в состав России. И, естественно, это говорит о том, что национализма, тем более шовинизма у русского на-
8
рода не было. Что такое шовинизм? Это французское слово – крайне агрессивная форма национализма. <...> И вдруг приписывают нам. Национализм – у тех представителей отдельных народов, которые доходят до крайней степени воинствующей, провокационной... в выражении своего превосходства перед .другими народами. В своей какой-то избранности. Богом даже избранности. А нам известно, какие народы претендуют на такую избранность.
Ведущий: О национализме – не стоит говорить. Есть национальное самосознание. Нужно говорить о патриотизме нашем, говорить о пробуждении нашего национального самосознания и нашего патриотизма среди нашей интеллигенции, рабочих и крестьян. <…>
Выступает Виктор Антонов.
– Только что получил предупреждение, что меня не пустят в государственный архив, потому что я выступаю перед вами. Вот что значит быть патриотом в нашем городе. А я начну с русской пословицы: «Родина любимая – мать родимая». Кто из присутствующих здесь интеллигентов может, не краснея, не потупив глаза, произнести эти слова в своем коллективе? Выветрилось, затоптано и изгажено это чувство Отечества, Родины и Святой Руси. 70 лет нам говорилось только одно – у нас социалистический патриотизм, другого патриотизма быть не может, как будто патриотизм нуждается в прилагательных, как будто есть патриотизм капиталистический, феодальный, рабовладельческий. Есть только один патриотизм, он означает любовь к своей нации, к своей земле, к своему Отечеству, к его вере, истории, его национальным традициям. Как и любовь к матери, любовь к Отечеству может быть без всяких условий. Мы Отечество любим, как свою родную мать, со всеми его достоинствами и недостатками. Достоинства мы хвалим, о недостатках скорбим, и с любовью, именно с любовью, а не с ненавистью, стараемся их исправить. <...> Не имеющий этой любви есть просто изверг, урод, человек, о котором можно только скорбеть, лишенный высшего морального качества человека. Почему я заговорил об этих общеизвестных истинах? Потому что они лежат в основе деятельности национально-патриотического фронта «Память». Потому что они забыты нашей интеллигенцией. Забыты настолько, что слово «Родина» кажется ей пошлым и ходульным. Действительно, много грязи, казенщины налипло на этом слове. Но разве прекрасной статуей, измазанной грязью, после очистки нельзя восхищаться? И мы должны очистить это слово от всего наносного,
9
ходульного и казенного, что к нему прилипло за эти последние годы, сделать его, как прежде, идеальным и возвышенным. Но не только в этом дело. Многие ведь слова в XX веке лишились своего высокого значения. Многие, даже слово «Родина» стало пошлым и ходульным, его не любят употреблять. Но основа глухоты нашей интеллигенции к понятию «Родина» – прежде всего ее беспочвенность, слепота к народным болям, бедам, страданиям. Ведь кто в последние годы заговорил о том, что происходит с народом? Люди, которые теперь являются совестью нашей культуры. Эти люди – писатели-деревенщики – сказали прежде всего о том, куда пришла наша страна, а интеллигенция в это время, начиная с революции, не вся, естественно, помогала лишь вытаптывать и разрушать великую русскую культуру. А теперь лишь только одна совестливая часть говорит о народных бедах – о разрушении деревни, пьянстве, моральной и нравственной деградации, цинизме и апатии, которые царят в нашем народе. А что же другая часть? Или же стыдливо молчит, или охает и ахает, а больше всего бубнит о том, что плохо стало с водкой в магазинах, теперь борьба с пьянством и негде выпить. Вот, оказывается, какая проблема. И о том, сколько партий нам нужно организовать, и какая лучше: христианско-демократическая – вот сегодня ее собираются организовывать – или народно-анархическая, или еще какая-нибудь, а у нас одна беда – наша Отчизна в опасности. И мы должны не забывать об этом, ибо это наш нравственный долг. И эти же люди думают сейчас о том, как бы оформить визу, поехать за рубеж, посмотреть, как живет Америка, как живут другие страны, а поехать посмотреть, как живет Россия, – на это-то и времени ни у кого нет.
Никогда не было такого в России. Русский интеллигент всегда печалился о народе. Были у него недостатки: обожествлял он его, поклонялся ему, больше говорил, чем делал, но болел всегда о судьбе народной. Сейчас же этого мы не услышим. И здесь как не вспомнить слова русского философа Булгакова, уважаемого многими, потому что он был религиозный философ: «Чувства кровно-исторической связи, любви к своей истории поразительно мало было у интеллигенции». А сейчас его у большинства практически не осталось, оно начисто исчезло. Вот главная причина, почему интеллигенция так скептически относится к Национально-патриотическому фронту «Память». Из-за закоренелой беспочвенности, из-за своей ненародности. Этот
10
нигилизм она унаследовала еще от дореволюционной эпохи. Это старый грех, который оборачивается презрением к своей собственной истории, цинизмом к своему прошлому. Ведь мы историю Франции порою знаем лучше, чем историю своего Отечества. Кто заговорил о том, чтобы издать Ключевского? Не ученые-историки об этом заговорили, а в народе и писатели заговорили. А ученым-историкам было наплевать на это. Пускай не знают эту историю. Этот нигилизм сказывается прежде всего в том, что не стремится интеллигенция к позитивному труду, к помощи конкретными делами. Больше всего влечет их левая правда, разрушительный максимализм. Вот почему для них важнее участвовать в организациях, которые прежде всего стремятся посеять смуту, установить смутное время в нашей стране. Оборотной стороной этого нигилизма является, по словам того же Булгакова, историческая нетерпеливость, стремление вызвать социальное чудо. Этот интеллигент спит и видит, как вдруг, по мановению волшебной палочки, когда он не прикладал рук, чтобы помочь стране своей в беде, вдруг все волшебным образом изменилось. Вот почему «Память», с ее отвращением к насилию, кровопролитию, претит этой передовой интеллигенции, мало чему наученной историческими событиями. «Память», как некогда славянофилы, великая русская культурная традиция, стоит за эволюционные изменения нашего общества, с учетом истории, культуры и народных верований, а не за то, чтобы было все, как в Америке. Но это, пожалуй, наиболее духовная часть интеллигенции может понять; она может принять эти традиции, преклониться. Но ее удерживают, прежде всего, два великих момента: национализм и так называемый антисемитизм «Памяти». Напомню, что национальная идея – это идея вечная. На ней созидались государства, на ней образовывались нации, она, – двигатель истории. Выкинуть ее – просто невозможно. Но существуют некоторые еще более утонченные люди, которые оправдывают свое недоверие и презрение к национальному словами самого даже Иисуса Христа, что «нет ни эллина, ни иудея», все равно, одна должна быть раса, один общий всемирный народ. Но когда Христос говорил это, он имел в виду прежде всего отсутствие разницы в двух основных тогда религиях: иудейской и эллинской. А торжество христианства? Он скорбел над судьбой Иерусалима, плакал над ней слезами. Он говорил, что пришел к потерянным овцам дома Израильского, т.е. он признавал национальные отличия каждого народа. И
11
не могло быть иначе. Так что эта утонченная богословская посылка тоже падает, ибо за ней прежде всего скрывается стремление ничего не делать. «Память» – национальное движение. Что значит национальное – то есть народное – движение? Оно является естественной реакцией русского, украинского, белорусского и других народов, населяющих Россию, на то оскорбительное, возмутительное топтание его истории, на глумление, которое царило в последние годы в нашей стране. Ведь есть национальные партии в любой стране, и только ненавидящий или равнодушный к своему народу человек может не понимать этого или осуждать это. И это, пожалуй, готова принять интеллигенция, собравшаяся здесь. Но вот как быть с еврейским вопросом? «Память» впервые подняла этот болезненный для нашего общества вопрос. Но здесь интеллигента охватывает великий страх и ужас. Он, оглядываясь по сторонам, может едва произнести, и то только шепотом, слова об этом. Но ведь (кто приходил сюда на митинги, знает) «Память» раскрывает прежде всего историческую истину. Она смывает белые пятна истории, говоря прежде всего и об этом еврейском вопросе, который у нас существует. Зачем же скрывать истину? Были евреи в составе советских правительств – были, были они в составе начальников ГУЛАГа – были. Только человек, слепой к истине или не желающий ее, может выступать против этого. И «Память» помогает тем самым самому еврейскому народу – узнать правду, которую от него скрывают, Истину должны знать все.
Ведь никто не обвиняет тех же самых евреев, когда они пишут о зверствах фашистских палачей. Ведь никто не обвиняет нашу советскую прессу, когда она пишет о палачах сталинских ГУЛАГов. Так почему же здесь, когда говорится историческая истина, сразу же идет змеиный шепоток, идет сразу же ненависть, выражаемая открыто в глаза? Почему же мы не должны говорить правду?
Ведь дело в том, что, называя имена Ягоды, Френкеля, Бирмана, – ведь не будет же гордиться еврейский народ этими именами, он так же обольет их презрением – так же, как мы, русские, обливаем презрением имена Молотова, Абакумова, Ежова или Жданова. Ведь прежде всего мы должны стремиться к исторической правде. Она для нас – самое главное. В тех случаях, когда начинают муссировать еврейский вопрос, это делается для того, чтобы отвлечь от главных национальных задач «Памяти».
12
Национальные задачи «Памяти» – это, прежде всего, возрождение русского национального духа, возрождение русского самосознания, нравственное и духовное возрождение русского народа. Чтобы каждый человек, стремящийся внести вклад в это дело, мог сделать это. Поэтому я призываю русских патриотов, людей, которые сочувствуют нашему делу, записаться, оставить адреса, телефоны, с тем, чтобы этому делу помочь. Россия всегда нуждалась в людях, всегда ей людей не хватало. И если вы думаете, что стоя в стороне, молча все это выслушивая, вы этим сохраняете свое спокойствие, или боитесь, что как бы перестройка не кончилась, а потом вас не взяли бы за шиворот и не сказали бы – по какой статье тебя, голубчик, обвинить? Припомните, что природа не терпит пустоты. Если не вы выступаете за идеалы, то эти идеалы топчет кто-нибудь другой. Поэтому – ради идеалов, ради Отечества, ради, прежде всего, Рос-сии – я призываю вас поддержать «Память».
И заканчиваю свое выступление еще одной русской поговоркой: «Мужественному человеку Родина – мать, а трусу – мачеха».
Ведущий: Каждое наше выступление, каждая наша встреча с вами – это стремление пробудить в вас патриотические чувства, стремление пробудить в вас чувство национального самосознания, напомнить, что они русские, тем русским, которые, к сожалению, об этом забыли. Рассказать им о том, что мешает им вернуться в лоно русской семьи. Вот предыдущий оратор говорил о патриотизме. Мы в свое время обращались к партии и правительству с письмами – не допустить выезда в Израиль, который сейчас ведет войну с палестинцами, страшную, жуткую войну, – таких лиц, как Пугачева, настоящее имя которой Алла Борисовна Берман, ни «певца России», как он себя называет, Иосифа Кобзона, ни Булата Окуджаву, Потому что не те времена, чтобы заигрывать с Израилем, а уж тем более говорить о восстановлении дипломатических отношений с Израилем. (Аплодисменты.)
Национально-патриотический фронт направил непосредственно Генеральному секретарю М.С.Горбачеву телеграммы с просьбой, чтобы подобных акций не было. К сожалению, нам известно, что эти три человека побывали на гастролях в Израиле. Булат Окуджава, с его слов, – они с женой даже плакали, получив приглашение, плакали от умиления. Заканчивая свою маленькую репризу, я хочу передать микрофон... Предоставляю слово Риверову Юрию.
13
– Сколько горя принес людям фашизм. Мы не говорим, что это принес горе Гитлер. Почему же у нас постоянно говорят, что горе нашему народу принес Сталин? Да нет, рядом со Сталиным стояли очень интересные люди. У нас, у русских, есть очень интересная поговорка: «Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты». (Аплодисменты.) Смотрите – вокруг Брежнева кто группировался, вокруг Хрущева, кто сейчас группируется вокруг Горбачева? Почему мы об этом не говорим? Главные консультанты Брежнева – это Арбатов, Примаков. Почему-то рядом с Горбачевым нет экономиста, доктора экономических наук, эксперта ООН Лемешева. Почему-то рядом с ним нету ни Астафьева, ни Белова, ни Распутина, но есть Коротичи, есть Боровики, есть весь лесной набор. (Аплодисменты.) Так если уж говорить правду, то говорить все. И если уж на то пошло, то менять всю администрацию надо вокруг себя. Вы смотрите: Великая Отечественная война, сколько она принесла горя. Нету в этой войне победителей. Но кто-то же победил в этой войне? <...>
И вот наводят на мысль все эти события в Карабахе. Понимаете, кому-то выгодно столкнуть два народа – и кто-то будет победителем. Кому-то надо обвинить русский народ в шовинизме и столкнуть его, обвинив его в том, что это он разжигает национальную ненависть к другим народам. Вы видите сами, когда куча оголтелых сионистов, «еврейских патриотов» здесь устраивает провокации. Как это понимать? Мы готовы с ними сотрудничать. И когда идут разговоры о том, почему Васильев, мол, – давайте отталкивать их. Нет. Не надо. Пускай они тоже за свою культуру, ради Бога. Но только не на наших костях, не на нашей культуре. Я сказал в прошлый раз – я готов с ними танцевать «семь-сорок», но пускай и они с нами «барыню». Я готов сейчас танцевать с ними, а «барыню» они могут? (Аплодисменты.) Так подумайте – кому выгодно нас сталкивать сегодня? Вот, например, Богданов, вы дали ему слово в прошлый раз. Он сгоряча поддержал «Память». Но, очевидно, ему где-то уже сделали внушение. У него уже есть выезд в Израиль, получил он «добро». Ему же надо отработать, как он может уехать просто так? Поэтому они здесь зарабатывают себе дивиденды. На чем? На патриотизме, на нас, тем, что они используют нас – вот чем они занимаются. (Аплодисменты.) <…>
14
Вот, видите – человек. Ну что ему отвечать? Мы не может вступать с ним в пререкания. Мы занимаемся своими здесь проблемами. Своими, нашими, и если ты здесь у нас, в РСФСР, то подключись к нашим проблемам. Ради Бога! Общие проблемы – давайте вместе браться. Но не будьте маркитантами у нас в обозе...
Я передаю слово – кому...
Дискуссий никаких не надо. Здесь собираются патриоты города. Только это. Нас волнуют наши проблемы. Все проблемы Демократического фронта – вот присылают записки и предлагают дискуссию – не надо, у вас свой фронт, у вас там 20 человек есть прекрасных во фронте – работайте, ребята! Боитесь? Вот мы сейчас открыли сельскохозяйственный кооператив – милости просим! Мы сейчас уборкой занимаемся, сенокос идет, навоз убирать – пойдемте с нами! Давайте, я вот тут здесь стану и буду записывать всех лиц еврейской национальности к нам в колхоз. Давайте сотрудничать! Выполнять продовольственную программу! (Аплодисменты.)
Ведущий: Несколько дней назад была годовщина одного события в нашей истории – убийства царской семьи. Любая революция кончается усекновением главы государя, прошу прощения за такой оборот. Но здесь было уничтожение царской семьи, в том числе и детей. В прошлый раз задавали вопрос: «Как относится «Память» к тому, что были убиты дети?» Я ответил тогда, что Сталиным был дан указ расстреливать детей, достигших 12 лет, у которых были репрессированы родители. Нам ли удивляться, что маленькие цесаревичи были расстреляны. О последнем часе семьи Романовых. Выступает Эдуард (фамилия неразборчиво).
– Ведущий меня немного предвосхитил. (Агрессивно) Вы, потише тут!. Поступило две записки. Одна: «Вчера “Ленинградская правда” опубликовала некролог на Исаака Моисеевича Зальцмана… Потише тут! Вижу – не евреи, но маленечко того – под градусом…, который в период культа отличался особой жестокостью к русским. По его указанию был создан хор девочек 12–14 лет, откуда Зальцман выбирал себе жертву для удовлетворения своих низменных потребностей. Зальцману всегда удавалось расправиться как с врагами народа, так и с теми, кто
15
возбуждал дело против него – родителями девочек. Зальцман своевременно был разоблачен и исключен из КПСС, лишен всех наград и званий. Неужели такого подонка восстановили в члены КПСС и даже дали место для некролога в “Правде”? Просьба уточнить и сообщить об этом на следующем митинге. С уважением. Пенсионер Чернышев».
Мы адресуем эту записку «Ленинградской правде», если здесь есть ее представители. Разумеется, со своей стороны мы проведем самое внимательное расследование по этому поводу. Преступники, надругавшиеся над нашей национальной нравственностью, не могут получить политическую реабилитацию. (Шум.) Спокойно, без эмоций!
Второй вопрос: «Почему вы, Национально-патриотический фронт “Память”, обходите черную дату русской истории – 17 июля 1918 рода? Дату варварского убийства императора Николая Александровича, всей его семьи и приближенных к ней людей в Екатеринбурге? Игорь Слобко».
Мы не боимся. Но хотим отметить такой момент: к любому явлению истории нужно подходить с фактами в руках. Попробуем подойти с этими фактами.
Что же произошло 17 июля 1918 года? В этот день, ночью, в подвале дома Ипатьева в Екатеринбурге был варварски расстрелян государь император Николай Александрович, императрица Александра Федоровна, цесаревич Алексей Николаевич, великая княжна Татьяна Николаевна, великая княжна Мария Николаевна, великая княжна Ольга Николаевна и великая княжна Анастасия Николаевна. Вместе с ними были расстреляны Анастасия Васильевна Гендрикова, генерал-адъютант Илья Леонидович Татищев, князь Василий Александрович Долгорукий, комнатная девушка, крестьянка по происхождению, Анна Степановна Демидова, ее сестра Варвара, управляющий Петр Федорович Ремиз, дядька их Климентий Григорьевич Нагорный, камердинер государя Иван Дмитриевич Седнев, повар Иван Михайлович Харитонов и камердинер Василий Федорович Челышев. При оценке этого деяния, которое не имеет аналогов в истории (даже казни коронованных особ во Франции происходили после открытого суда над ними) – в данном случае имеем дело не с судом, а с каким-то закрытым совещанием, которое проходило накануне, 16 июля, в здании Екатеринбургского совета депутатов. Если обратить-
16
ся к предыстории этого события, посмотреть несколько шире... Дело в том, что варварское убийство государя, несудимого кстати, его жены, пятерых его несовершеннолетних детей, многих людей простых, строго говоря, никакого отношения к монархии не имеющих, которые были просто прислугой и последовали за государем в ссылку не за плату, а добровольно, разделяли с ним лишения, – это акт самого варварского, самого безнравственного порядка. Однако этот акт не был единичным. Приняв лозунг «Религия – опиум народа», революционные власти, возглавляемые евреями (я приведу конкретные примеры потом, чтобы меня не обвинили в антисоветизме), принялись тотально уничтожать православное духовенство и людей, которые так или иначе были связаны с православием. Если говорить конкретно об Урале, то в одной только Перми и Пермской губернии были без суда и следствия расстреляны, удушены, утоплены в Каме сотни лиц духовного звания – священнослужители, монахи, монахини. Среди погибших до января 1919 года известны такие столпы православия, как архиепископы Гермоген, Андроний, Василий, епископы Феофаний и Матвей, архимандриты Матвей и Варлаам, священники Горяев, Белозоров, Соколов, Калашников, Ершов и т.д. Это только малая часть. Список у меня продолжается очень долго. К чему я привел этот пример? Убийство государя нужно рассматривать в своей последовательности. После того, как это убийство произошло, Сафаров (я скажу о нем в свое время подробнее) в статье, посвященной расстрелу императора, в газете «Уральский рабочий» от 24 июля 1918 г. писал (цитирую): «При этом были нарушены многие – формальные стороны буржуазного судопроизводства и не был проведен традиционный исторически церемониал казни коронованных особ, но рабоче-крестьянская власть и в этом случае проявила крайний демократизм: она не сделала исключения государю и расстреляла его наравне с обыкновенным разбойником». Вот таким наглым, лживым и довольным тоном провозглашал Сафаров об убийстве государя. <...> Это было массовое убийство государя и всех лиц к нему приближенных. Сейчас, в эпоху гласности, надо, наконец, поставить точку вот над этим темным пятном, которое лежит на нашей истории. Если мы хотим узнать факты, то необходимо обнародовать следующие сведения. В президиуме екатеринбургского совета, приговорившего семью Романовых к поголовному расстрелу, было… [Фрагмент текста утрачен. – Публикатор электронной версии.]
17
...Я называю точный источник: «Труды губернских комиссий по еврейскому вопросу», СПБ, 1884 год. Слава Богу, их уже перестали держать в спецфондах и спецхранах. Кто были самые крупнейшие миллионеры России? Поляковы, Гинзбурги, Высоцкие. Кто спровоцировал кровавую распрю на Ленских приисках? Опять же – Поляковы, Гинзбурги. Сейчас, наконец, открыто в печати стали писать, что не голод вызвал продразверстку, а продразверстка вызвала голод в 1919–1920 годах. То есть нам открыто сказали, что продразверстка – это провокация, цель которой – уничтожение народа. Какие телеграммы получал Лев Троцкий, когда вел переговоры по Брестскому миру? – «Ни в коем случае не допустить мирного исхода отношений Россия – Германия.» Сионистам очень было выгодно, чтобы как можно больше лилось русской крови, и не только русской – немецкой, украинской, татарской, чувашской. Нам могут сказать: а как же Ленин? У нас не принято говорить о материалах IV Конгресса Коминтерна. Но если все-таки вы к ним обратитесь, а у вас есть такая возможность, вы увидите, что наибольшую опасность для революционного движения мира представляли масонские организации. Именно эту деятельность заклеймили передовые рабочие всех стран мира. Я предлагаю вам сопоставить даты: конец ноября – IV Конгресс Коминтерна. Начало декабря – Ленин лежит при смерти, несколько дней без сознания, попадает в Горки и больше оттуда не выходит. Нам сейчас начали говорить очень вяло, что Ленин был отстранен. Он не только был отстранен, он был политически убит – после своего выступления против масонства: «Кто есть масонство? Это пятая колонна сионистского капитала, международной еврейской мафии, которая правит миром и сейчас…» Вся логика первых лет Советской власти – это логика победителей. Победителей еврейского происхождения – над аборигенами, народами, населяющими эту страну. Началось разрушение всех самобытных национальных культур – неважно, каких народов, будь то исламского вероисповедания, будь то мусульманского, будь то католики. Разрушался язык, традиции, формы землепользования, система ценностей, разрушался институт семьи, разрушались отношения между отцом и сыном, между матерью и дочерью. Нам говорят все время о 37-м годе. Почему? Да потому, что в 37-м году немножко пострадал и еврейский народ. Никто практически не говорит о коллективизации 1918–1922 годов. С 1914 по 1917 год, когда шла мировая война, в России был прирост населения 15 млн. человек,
18
когда же свершилась Великая Октябрьская социалистическая революция, начались коллективизация и «красный террор», Россия потеряла свыше 15 млн. человек. Из них эмиграция – 2–3 миллиона, около 1 миллиона – гражданская война, остальные кто? Это «красный террор» и насильственная коллективизация. Поэтому, когда все пытаются взвалить на Сталина, – это ложь. Сталин шел проторенной дорогой, дорогой крови и страданий. Вторая мировая война немного потеснила позиции сионизма в нашей стране, но далеко не полностью. Та свистопляска, которая была после войны в печати, когда даже в журнале «Коневодство» обвиняли Рабиновичей и Гуревичей, – это свистопляска для отвода глаз, потому что одновременно продолжалось осквернение русских святынь, и пример тому – 50-е годы, Донской монастырь. Когда в сердце русского православия, в сердце русской духовной культуры продолжали захоронение людей еврейской национальности, где делали надписи на иврите. Такого в истории не припомнить.
Если возьмем наши дни, в городе Свердловске ставят «Сказку о царе Салтане». И что ж, вы думаете, там происходит? В заморском царстве подают на стол голову русского крестьянина, голову русского человека. Я уже не говорю о том, что театр апеллирует к ассоциативному мышлению, он формирует глубинные поведенческие структуры человека, неосознаваемые ценности. Когда журнал «Наш современник» в № 9 за 1987 год пытается робко протестовать против этого, поднимается жуткая истерия. Нас называют шовинистами, националистами, фашистами, хотя русский трон в этом спектакле украшен свастикой. Заморское царство, где ходят в белых одеждах, украшено гербом Давидовым. И там на стол подают голову русского крестьянина. Когда же ставят вопрос в печати, что отвечает «Литературная газета» и «Советская культура»? – «Это голова не русского крестьянина, это голова скомороха». Но скоморошество – чисто русский феномен. Его нет ни во Франции, ни в Италии, ни в Испании. Есть силы, которые могут открыто в печати надругаться над нашим национальным самосознанием. Они говорят: «Это голова не русского крестьянина, а скомороха, то есть тоже русского. Проглотите, господа русские!»
Памятник на Поклонной горе, о котором столько говорили и писали. Кто видел его? Январь 1987 года: выходит постанов-
19
ление Политбюро о прекращении строительства. Почему? Потому что его символика не соответствует духу народа-победителя. В мае происходит встреча представителей группы «Память» с первым секретарем Москвы тов.Ельциным, где он обещает с трибуны, клятвенно, прекратить строительство памятника на Поклонной горе. Значит, есть в стране сила, которая может, несмотря на постановление Политбюро, продолжать строить памятник.
Что же это за памятник? Это памятник в иудаистской и масонской символике. Можно ли придумать большее надругательство над национальными чувствами людей, которые отражали натиск немецко-фашистских захватчиков? Которые своими костьми устлали дороги от Волги до Берлина. Можем ли мы представить француза, немца, который спокойно бы смотрел спектакль, в котором подают на стол голову своего соотечественника? Я думаю, была бы буря.
Мы говорим сейчас о катастрофическом состоянии русского народа, русского национального самосознания. Оно разрушено. Разрушено дотла. Кто же занимается сейчас тем, что раскалывает наше общество на малые и большие группировки, все время выдумывает все новые и новые ценности, когда ценности были и остаются едиными, общечеловеческими? Даниил Гранин нам предлагает «Зубра», где его Тимофеев-Рессовский – человек без нравственности. Что нам дает Гранин – науку, не сдерживаемую никакими нравственными и этическими принципами. Тимофееву-Рессовскому безразлично, с кем сотрудничать, абы истина. Если мы обратимся к работам математиков, мы увидим: 1931 год – теорема Гёделя. Она доказала, что система не может быть полной, если она непротиворечива. Если же она непротиворечива – она неполна. Отсюда вывод: любые утверждения, что кто-то может обладать истиной, – ложны. Истины нет и быть не может. Истина на уровне разума – нонсенс. Она в сердце человека. И именно это – основная мысль христианства, и именно против нее было направлено жало иудаизма. Сейчас нам пытаются подсунуть лозунги западной демократии. Готовы ли мы к ней? Как формировался русский характер? Великорусская народность формировалась в условиях жесточайшего
20
внешнего давления. Запад, Восток, Юг – татаро-монголы, крестоносцы, шведы. В России всегда было меньше оружия, меньше хлеба, потому что потеснили нас с богатых земель Юга на Север. Не было другого пути выжить, кроме того, чтобы выработать такой национальный характер, суть которого – беспрекословное повиновение начальнику, дружиннику, князю. Только таким путем можно было отстоять эту землю. И сила наша обернулась нашей слабостью. Достаточно было захватить еврейскому капиталу печать в конце прошлого века, постепенно подорвать авторитет власти, затем совершить революцию и от имени власти, используя сложившийся исторический стереотип русского народа, направить его силу на разрушение. Но не мы одни такие глупцы.Французы по указке масонства в течение ста лет четыре раза поднимались на национальную распрю, убивая друг друга, вспарывая животы беременным женщинам, устраивая «браки по-революционному», когда привязывали молодоженов к стволам орудий и стреляли. Мы – не исключение.
Я хочу сказать, что у России свой путь. Если народ в начале века выбрал социализм, это значит – это наш путь. И мы не будем идти по пути западной буржуазной демократии. В конечном счете, это власть капитала, менее оголтелая, чем у нас, более изощренная, но это власть капитала. Что предлагает нам общество «Память»? Почему называется «Память»? У народа нет будущего, если у него нет прошлого. Поэтому тот, кто за память, тот за свое прошлое, тот за, свое будущее... (Аплодисменты.)
Ведущий: Сразу отвечу на поступивший вопрос: «Были ли в советском правительстве евреи?» Я сейчас зачитаю комиссариаты, а вы скажете, какой зачесть. Главное управление госбезопасности, Главное управление концлагерей, Комиссариат внутренней торговли, Комиссариат промышленной индустрии, Продовольствия, Обороны...
Из публики: Концлагерей.
Ведущий: Хорошо. Начальник – Берман Яков Моисеевич; начальник концлагерей в Карелии – Коган, Украины (неразборчиво), северных областей – Финкельштейн, Соловецких островов – Серпуховский, Москвы и Московской области – Рапопорт... Вот, пожалуйста. (Аплодисменты.)
21
Ведущий: Вот тут нам товарищ Эпштейн записку прислал: «Скажите, почему ваша положительная программа сводится к утверждению, что мы решаем свои, российские проблемы, что русских угнетали еврейские миллионеры, а разве русских миллионеров было меньше? У вас получается не социальная программа, а антиеврейская. Вы даже в культе личности выискиваете евреев. Почему? Где ленинизм? Эпштейн».
От этого очень удобно оттолкнуться, построив выступление как подробный ответ на вопросы. Во-первых, о социальной программе. Поверьте, товарищ Эпштейн, поверьте, друзья, что нет у нас социальной программы, нет ни одного пункта, который бы противоречил, скажем, Программе КПСС. О еврейских миллионерах говорить не будем, вопрос чисто статистический, интересный более для автора записки, чем для остальных. Достаточно вообще об этом говорить. И, наконец, вот конструктивный пункт – о положительной программе. Действительно, получается так, что о положительных вещах говорить приходится гораздо реже. Этому есть объективные причины, недаром не только та часть печати, которая прогнила и неведомо на кого работает, но и печать в целом у нас сосредотачивает внимание на проблемах критических пока. Но попробуем на материале ленинградской культуры предложить кое-что положительное. Мы, ленинградцы, мы живем в великом городе с областной судьбой и наслаждаемся соответствующей культурой. Если мы возьмем ленинградскую литературу, то мы увидим, что она состоит из журналистического, или просто идиотического кривляния, с одной стороны, с другой стороны – замалчивается тотально. Здесь собралось несколько сотен человек, неравнодушных к Отечеству и культуре его. По совести говоря, многие ли знают имя великолепной ленинградской поэтессы Лидии Михайловны Дубровиной, которая только что издала 14-й сборник? А читал кто-нибудь рецензию хоть на один из 14 сборников?
Робкие голоса: Читали, читали.
Ведущий: Впечатление, что 3–4 голоса на почти тысячную толпу. Комментарии, как говорится, излишни. <...>
На Западе есть, только там такой авангард уже лет 20 как вообще не выставляют, а по технике пропаганды этого авангарда, даже на удивление, в русском переводе лет 20 назад была книжица Ганса Мюнха, западногерманского художника, не коммуниста (тогда бы члены клуба «Перестройка» не волновались), там были даны великолепные факты, что даже в Западной Гер-
22
мании в конце 20-х годов абстракционисты имели 95% выставочных площадей, составляя 5% от численности западногерманских художников. Там же была великолепно раскрыта механика рекламы и насаждения. Что мы видим сейчас? Затхлое для Запада – даже для Запада – шарлатанство вытаскивается из кладовок и выставляется в престижных выставочных залах, причем очень четко связывается с перестроечными и демократизационными процессами. Но, помилуйте, но надо же и совесть знать! Гуманитарная наука в городе находится в таком плачевном состоянии, что для приличного областного центра это было бы и то стыдно. Потому что основные центры гуманитарной науки в городе – примеры тут можно брать, тыкая пальцем, и говорить об этом часами – такие, как гуманитарные факультеты, некоторые гуманитарные факультеты Университета, такие академические институты, как Институт этнографии и особенно Институт востоковедения, – это, в сущности, пользуясь термином одного крупного ученого, нечто такое, что напоминает методы деятельности одной сицилийской организации. Говорить можно много, но возникает один существенный вопрос, который позволяет перейти сразу к положительным практическим предложениям. А что вообще такое наши творческие союзы? Что такое наш научный мир? И что, простите, сейчас они дают народу? Один очень любопытный – ну, не факт, – если хотите, наблюдение: если посмотреть на тех писателей, на тех деятелей искусства, которые составляют совесть нашего народа, то мы с удивлением обнаружим, что среди них нет ни одного наследственного интеллигента. Почти нет интеллигентов даже во втором поколении. Это уже само по себе наводит на глубокие размышления, потому что в старое доброе время русская интеллигенция из поколения в поколение давала великих радетелей, великих болетелей, если угодно, за дело народное. Что-то здесь странное творится. Мы уже не раз поднимали один вопрос, с этим связанный. Когда я, например, учился в Университете, из 250 человек у меня на курсе из деревни происходил только один. Всем известен тот печальный факт, что если бы сейчас Михайло Васильевич Ломоносов попытался сделать научную карьеру, то за отсутствием ленинградской прописки он бы ее никогда не сделал. По сути дела, кастовые союзы и большая часть научных учреждений – простите, я, кажется, оговорился – творческие союзы, я хотел сказать, – стали своего рода кастовыми ячейками, которые стоят на страже исключительно собственных привилегий и, по сути дела, дают продук-
23
цию, которая – в лучшем случае – своего рода «игра в бисер», абсолютно не имеющая никакого отношения ни к нуждам народа, ни к истинной науке, а в худшем случае – откровенное шарлатанство. Очень легко отличить овец от козлищ. Мы живем в такое время, когда по исконной – я не говорю, что она хорошая, – традиции вступает в силу принцип «поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан». Поэтому там, откуда идут вопли о достижениях Запада в искусстве – ну, непонятно чего, тут трудно пересказывать, ибо логика оппонентов – она, к сожалению, превышает возможности человеческого разумения, – короче говоря, все, что там – хорошо, а нам учиться да учиться надо, как заявляют критики целого ряда весьма многотиражных изданий. Когда начинаются вопли на эту тему, здесь уже позволительно заподозрить – не скрывается ли за этими воплями просто желание оправдать свою беспомощность и свою ничтожность? Очень интересна тесная смычка... гм... необычайно утонченных писателей и необычайно утонченных политиков. Иногда в образе таких столпов, как Коротич, происходит тесное слияние утонченного писателя и либерального политика. Иногда бывают, правда, накладки, когда Анатолий Наумыч Рыбаков, лауреат Сталинской премии, внезапно с великим рвением начинает... ну, здесь, пользуясь литературным языком, довольно трудно охарактеризовать новейшие плоды творчества... Ей-богу, роман «Водители» был несколько честнее в своем роде: человек хотя бы знал, чем кормится. Ну, Бог с ним. Короче говоря, смычка очень любопытная. И, в сущности, если посмотреть внимательно плоды творчества тех и других, то обнаруживается вещь совершенно однозначная. Что нужно? Нужна смута. Какой способ избирается для сеяния смуты? Критика, в сущности говоря, партии. И пытаются насадить мысль о необходимости в стране многопартийной системы. Как это сейчас делается? Вроде бы открытые крики замолкли, но что делается – постепенно, капля за каплей, всех нас подводят к мысли, что необходим целый набор партий, и что во главе этих партий станут обязательно люди, которые находятся, ну, в крайнем случае, где-то на уровне академика Заславской, которая, как говорилось в прошлый раз, была одним из авторов уничтожения российской неперспективной деревни...
Крик из толпы: Кагебешник, кагебешник!
Ведущий: Что вы говорите! Мы высоко оцениваем деятельность наших доблестных органов государственной безопасности по борьбе с внешним и внутренним врагом. Короче говоря, времени больше
24
нет. О том, что я кагебеншник, я впервые услышал лет 10–12 тому назад, когда меня начали травить еще в стенах Университета. Так что спасибо. К тому же товарищ, по-моему, сам из Университета, который это вопил. Скажу одно – настала пора поставить положительно вопрос об упразднении или коренной реформе творческих союзов, которые, безусловно, не выполняют той функции, которая возлагалась на них при учреждении, которые, безусловно, ничего не дают народу, а по целому ряду причин, ввиду кастового и национального духа, в них царящего, работают вопреки интересам народа. Кроме того, пора переходить к созданию авторитетных общественных комиссий по конкретным научным и творческим учреждениям города – и работа в этом направлении нами начата, – которые могли бы вносить в партийные органы, в государственные органы конкретные предложения. Был пленум февральский по кадровому вопросу, о решениях которого сейчас почему-то не принято вспоминать. Давно пора вспомнить этот пленум, и давно пора выполнять его решения. Коли это не понравится, то есть выполнение решений пленума, автору записки, товарищу Эпштейну, придется выразить ему наше глубокое соболезнование и этим ограничиться. Спасибо.
25
В
ГОСТЯХ У ДМ. ВАСИЛЬЕВА
…Небольшой двухэтажный домик с невзрачным фасадом. Внизу какое-то учреждение, наверху – одна квартира. Начинаю сомневаться, туда ли попал. Но нет – возле дверей, почти у потолка, красная, в золотых блестках, во всю стену надпись: «С Рождеством Христовым!». Значит, туда.
Короткий звонок – и на пороге вырастает молодой парень в черной майке со светлым горизонтальным овалом на груди: колокол и круговые строчки: «Патриотическое объединение “Память”». Внимательный настороженный взгляд:
Где-то в глубине квартиры, словно эхо моих слов, отдается: «Договаривались... Из Ленинграда...» И булькающий баритон ответа: «Пусть войдет».
Комната, которую можно назвать гостиной, приемной, музеем. Стол посередине, весь заваленный какими-то книгами и записями, белый камин, на котором тоже книги, в глаза бросается корешок «Нюрнбергского процесса», на стене – иконы, плакаты: «Мужество каждый день», «Правда суда не боится». И множество фотографий: казненный император, царица Александра, наследник цесаревич в матроске, царские дочери – они сняты попарно: одна стоя, вторая сидя, пальцы сплетены, волосы распущены, августейшие сестры нежно смотрят друг на другу в глаза – Татьяна и Анастасия, Ольга и Мария. Крупное лицо с холеными усами.
– Столыпин? – уточняю я.
– Да, – подтверждает черномаечник за моей спиной, – Петр Аркадьевич. А это, – добровольный гид тычет пальцем в снимок солидного мужчины, наглухо застегнутого в шинель с блестящими пуговицами образца начала века, – сам Дмитрий Дмитриевич в роли Столыпина во время спектакля.
Я киваю и присматриваюсь к тезисным записям под портретом: опять Столыпин – высказывания, либо его, либо о нем... Крепкая широкая ладонь ложится на записи:
– Читать нельзя.
26
Смотрите фотографии.
Я молча сажусь за стол.
Комната наполняется. Молодые люди в черной униформе с колоколом – знаком скорби по растоптанной национальной культуре – рассаживаются на стульях у окон... Человек лет сорока пяти в такой же майке стремительно входит в гостиную, вальяжно оглядывает присутствующих и, здороваясь, садится за стол напротив меня. Рослая фигура, черные усы, сытый, довольный вид скорее напоминают отставного спортсмена, перешедшего на тренерскую работу, нежели вождя крупной политической группы... Васильев откидывается на спинку стула:
27
С этим учением тесно связана и идея мнимой богоизбранности еврейского народа, его руководящей роли по отношению к другим нациям.
– Идея богоизбранности присуща практически всем националистическим концепциям, – возражаю я. – Славянофилы, например, говорили о богоизбранности русского народа.
– Ну и что? – Васильев поднимает брови. – Ну и что? Богоносец – это человек, имеющий в сердце Бога. Скажи, что ты веришь, – и я скажу, что ты – богоносец.
– Ну, Леонтьев, Катков и Суворин расшифровывали это понятие именно в смысле превосходства – религиозного и житейского – над прочими нациями.
28
древних временах, как библейские, не следует доверять безоговорочно. Нужен очень солидный критический анализ.
29
Он замолкает и хмуро рассматривает стол. Напряженно молчат и десятка полтора черномаечников.
– Ну, кто? Кто конкретно?
– Я не знаю. Не выяснял.
– Ну, как же? Везде только и разговоры о захвате власти в СССР сионистами и масонами. Так кто же конкретно из них у власти?
Снова молчание.
– Ну, хорошо, – не унимаюсь я, – а в среднем звене?
– О! Евреи, составляющие 00,69% населения, на 10–20% наполняют собою культуру и органы управления.
30
– Горбачев, – поправляю я, – в интервью французскому телевидению говорил только о культуре.
– Нет-нет, – настаивает Васильев, – они захватили именно управление.